Глава 4. Отдельные миры. Два лица Золушки? Разные места, разные лица. Поведение в разных социальных средах

 

Отдельные миры

В сказках, дошедших до нас из более ранних времен, часто фигурирует герой или героиня, с которыми плохо обращались дома, но который в конце концов покинул дом и добился  большого успеха. Рассмотрим историю Золушки. В книге, которая была у меня в детстве, история начиналась так:

Жил-был человек, который женился во второй раз на тщеславной и эгоистичной женщине. У этой женщины было две дочери, такие же тщеславные и эгоистичные, как она сама. Однако у этого человека была собственная дочь, милая, добрая и вовсе не тщеславная.1

Милой, доброй дочерью была, конечно, Золушка. В отличие от фильма Диснея, эта версия изображает (неназванных) сводных сестер как красивых. Уродливыми были только их характеры. В этом отношении они очень походили на мать. Золушка, вероятно, унаследовала свою милую натуру от матери, которая умерла. Мертвые матери не были редкостью в прежние времена; столько же семей было разрушено смертью, сколько сегодня разрушено разводами.2

В сказке события сжаты. Золушка, должно быть, годами страдала от издевательств мачехи и сводных сестёр. У нее не было выхода: отец не хотел или не мог заступиться за нее, и в те дни не существовало законов или учреждений, защищающих детей от жестокого обращения. Должно быть, она уже давно поняла, что лучше оставаться незаметной, делать то, что ей говорят, и принимать словесные и физические оскорбления без возражений. А потом ... Потом был бал, и Фея-крестная, и принц.

Люди, которые поведали нам эту историю, ожидают, что мы примем следующие предпосылки: что Золушка смогла пойти на бал и не была узнана своими сводными сестрами, что, несмотря на годы деградации, она смогла очаровать и привлечь внимание такого искушенного парня, как принц, что принц не узнал ее, когда снова увидел ее в ее собственном доме, одетую в ее повседневную одежду, и что он никогда не сомневался, что Золушка сможет выполнить обязанности принцессы а, в конечном счете, и королевы.

Нелепо? Может и нет. Все срастается, если вы принимаете одну простую идею: дети развивают разные "Я", разные личности, в разных условиях. Когда Золушка была еще совсем маленькой, она поняла, что лучше всего вести себя кротко, когда рядом мачеха, и выглядеть непривлекательно, чтобы не вызвать у нее ревности. Но время от времени, как все дети, которых не держат под замком, она выскальзывала из дома в поисках товарищей по играм. (Они не могли запереть ее в доме - там не было водопровода).

На улице все было по-другому. За пределами дома никто не оскорблял Золушку и не обращался с ней, как с рабыней, и она обнаружила, что может заводить друзей (включая добрую соседку, которую она позже будет называть "моя фея-крестная"), выглядя красивой. Сводные сестры не узнали ее на балу не только потому, что она была одета иначе: все ее поведение было другим - выражение лица, поза, походка и речь. Они никогда не видели ее вне дома. И принц, конечно, никогда не видел ее в роли хозяйки дома, поэтому он не узнал ее, когда зашел в дом в поисках девушки, уронившей туфлю. На балу она была очаровательна, хотя и не отличалась утонченностью. Но это, как он полагал, можно было легко исправить.2

Два лица Золушки?

Возможно, это звучит так, как будто я описываю кого-то с "раздвоением личности", как легендарный главный герой "Три лица Евы".3 Но, по мнению психотерапевта, Ева была ненормальной не потому, что у нее было больше одной личности, и даже не потому, что альтернативные личности были очень разными. Проблема заключалась в том, что личности Евы появлялись и исчезали непредсказуемо и не имели доступа к воспоминаниям друг друга.

Наличие более чем одной личности не является ненормальным. Уильям Джеймс, брат писателя Генри Джеймса, был первым психологом, который обратил на это внимание. Более ста лет назад Уильям описал множественность личностей у нормальных подростков и взрослых - то есть у нормальных мальчиков подростков и взрослых мужчин.

Собственно говоря, человека имеет столько же социальных "я", сколько имеется индивидуумов, которые узнают его и хранят его образ в своей памяти. . . . Но поскольку индивиды, хранящие эти образы, естественным образом попадают в классы, мы практически можем сказать, что у него столько же различных социальных "я", сколько существует различных групп лиц, мнение которых его интересует. Он обычно показывает разные стороны себя каждой из этих различных групп. Многие молодые люди, достаточно скромные перед родителями и учителями, ругаются и ведут себя как пираты, среди своих "крутых" молодых друзей.

Мы не показываем себя нашим детям так - как нашим товарищам по клубу, нашим клиентам так - как рабочим которых мы нанимаем, нашим работодателям так - как нашим близким друзьям. Из этого вытекает то, что фактически является разделением человека на несколько "я"; и это может быть диссонирующим разделением, когда человек боится, чтобы его знакомые не узнали его таким, какой он в другом месте; или это может быть совершенно гармоничным разделением, когда кто-то нежный к своим детям - строг к солдатам или заключенным под его командованием.4

Другими словами, если перевести наблюдения Джеймса в современную терминологию, люди ведут себя по-разному в различных социальных контекстах. Современные теоретики личности не оспаривают этого. Они спорят о том, есть ли под всеми этими масками "настоящая" личность.5 Если человек может быть нежным в одном контексте и суровым в другом, в каком же он настоящий? Если несколько разных мужчин нежны со своими детьми и строги со своими пленниками, разве это не ситуация определяет личность, а не человек?

Этот отрывок взят из книги Уильяма Джеймса "Принципы психологии" - первого в Америке учебника психологии, изданного в 1890 году (у меня есть экземпляр, только слишком потрепанный, чтобы быть ценным). Поскольку психология только начиналась, и некоторое время Джеймс был предоставлен самому себе, он совал свой нос в каждую щель. Он говорил о личности, познании, языке, ощущениях и восприятии, развитии ребенка. Джеймс был тем, кто сказал, и как оказалось неправильно, что мир новорожденного-это "одна большая цветущая, жужжащая неразбериха".6

Сегодня эти области психологии полностью отделены друг от друга и возглавляются специалистами, которые редко читают статьи за пределами своей области, после того как они закончили аспирантуру. Загадочные рассуждения о взрослой личности вряд ли привлекут интерес исследователей социализации. Слово "личность" отсутствует в словаре большинства поведенческих генетиков.

Жаль, потому что я думаю, что это актуально. Действительно, я думаю, что наблюдение Джеймса о том, что люди ведут себя по-разному в разных социальных контекстах, и последующие дискуссии о том, почему это происходит и есть ли "настоящая" личность под всем этим, содержат важные разгадки к одной из больших головоломок развития личности.

Вот и головоломка. Есть свидетельства (я говорила вам об этом в предыдущей главе), что родители не могут изменить личность, с которой родился их ребенок, по крайней мере, не так, чтобы это можно было обнаружить после того, как ребенок вырастет. Если это правда, то почему все так уверены, что родители оказывают важное влияние на личность ребенка?

Разные места, разные лица

В отличие от мифической Евы с тремя лицами, у большинства из нас нет множественных личностей, которые не имеют доступа к воспоминаниям друг друга. Мы можем вести себя по-разному в различных социальных контекстах, но мы переносим наши воспоминания из одного контекста в другой. Тем не менее, если мы узнаем что-то в одной ситуации, мы не обязательно используем это в другой.

На самом деле существует сильная склонность не переносить знания или навыки в новые ситуации. По мнению ученого-теоретика Дугласа Деттермана, нет убедительных доказательств того, что люди спонтанно переносят то, что они узнали в одной ситуации, в другую, если только новая ситуация не напоминает старую. Деттерман указал, что недообобщение может быть более адаптивным, чем переобобщение. Безопаснее предположить, что новая ситуация имеет новые правила и что сначала нужно определить, каковы новые правила, чем беспечно продвигаться вперед, полагая, что старые правила все еще действуют.7

мобиль - мобиль

Во всяком случае, кажется именно так мыслят дети. Психолог развития Кэролин Рови-Колье и ее коллеги провели серию экспериментов связанных с изучением способности маленьких детей к обучению. Малыши лежат в кроватке и смотрят на висящий над ними мобиль. К одной из их лодыжек привязана лента таким образом, что когда они дёргают этой ногой, мобиль покачивается. Шестимесячные дети очень быстро это понимают: они с радостью обнаруживают, что могут контролировать движения мобиля, пиная его ногой. Более того, они все еще будут помнить этот трюк две недели спустя. Но если какая - либо деталь экспериментальной установки будет изменена - если пара погремушек, висящих на мобиле, будут заменены немного другими погремушками, или если пелёнка, окружающая кроватку, будет заменена на пелёнку немного другого рисунка, или если сама кроватка будет помещена в другую комнату - дети будут беспомощно смотреть на мобиль, как будто они никогда в своей жизни не видели такой вещи.8 Очевидно, дети оснащены механизмом обучения, который поставляется с предупреждающим знаком: то, что вы узнаете в одной среде, не обязательно будет работать в другой.

Это правда: то, что вы узнаете в одной среде, не обязательно будет работать в другой. Ребенок, который плачет дома получает - если ему повезет - внимание и сочувствие. В детском саду сверстники избегают ребенка, который слишком много плачет;9 в начальной школе над ним издеваются. Ребенок, который ведет себя мило и по-детски для своего папы, вызывает другую реакцию у своих одноклассников. Дети, над умными замечаниями которых смеются дома, попадают в кабинет директора, если не научатся держать язык за зубами в школе. Дома скрипучее колесо смазывается; на улице торчащий гвоздь забивают. Или, как в случае с Золушкой, наоборот.

Как и Золушка, большинство детей имеют по крайней мере два различных окружения: дом и мир вне дома. У каждого свои правила поведения, свои наказания и вознаграждения. Положение Золушки было необычным только потому, что два ее окружения - и, следовательно, две ее личности - отличались друг от друга. Но дети из обычных американских семей среднего класса также ведут себя по-разному дома и вне его. Помню, когда мои дети учились в школе, мы с мужем ходили на собрания "снова в школу", чтобы познакомиться с учителями. Год за годом мы видели, как родители поговорив с учителем про своего ребенка уходят, недоверчиво качая головами. "Она говорила о моем ребенке?- сказали бы они, словно учитель пошутил. Иногда казалось, что учитель действительно говорит о ребенке, который им незнаком. Чаще всего этот ребенок вел себя лучше, чем тот, которого они знают. - "Но дома он такой упрямый!", - "Дома она не затыкается ни на минуту!"

Дети, даже дошкольники, удивительно хорошо умеют переключаться с одной личности на другую. Возможно, они могут делать это легче, чем взрослые. Вы когда-нибудь слушали, как пара четырехлеток играет в дом?

Штеффи (своим обычным голосом, обращаясь к Кейтлин): Я буду мамой.
Штеффи (елейным голосом мамочки): Хорошо, детка, выпей свою бутылочку и будь хорошей девочкой.
Штеффи (шепотом): Притворись, что тебе это не нравится.
Кейтлин (своим детским голоском): Не хочу бутылочку!
Штеффи (елейным голосом мамочки): Выпей, милая. Это полезно!

Штеффи играет здесь три роли: автора/постановщика, режиссера и главную роль мамы. Когда она переключается между ними, она использует для каждой свой голос.10

Поведение в разных социальных средах

"Бутылочка", которой Штеффи якобы кормила Кейтлин, представляла собой цилиндрический деревянный блок. Девелопменталисты заинтересованы этим видом притворства, потому что он кажется продвинутой, символической формой поведения, и к тому же он проявляется удивительно рано - до двух лет.11 Много было написано о влиянии окружающей среды, которое заставляет раньше или позже проявляться притворство; неудивительно, что внимание было сосредоточено на роли матери ребенка. Исследователи обнаружили, что малыш участвует в более продвинутых типах фантазий, когда мать присоединяется к фантазии ребенка.

Но есть одна загвоздка. Грета Фейн и Мэри Фрайер, специалисты по детской игре, провели исследование и пришли к выводу, что, хотя маленькие дети играют на более продвинутом уровне, когда они играют со своими матерями, "гипотеза о том, что матери способствуют последующей игровой сложности, не получает подтверждения". Когда мать поощряет ребенка к участию в сложных фантазиях, ребенок может это сделать; но позже, когда ребенок играет один или с товарищем по играм, не имеет значения, в какие игры он играл со своей матерью.12

Другие психологи развития набросились это заключение. Фейн и Фрайер ответили, сказав что они "не намеревались умалять значение взрослых воспитателей в жизни маленьких детей" и что они ранее не понимали, "насколько глубока вера" во всемогущество родителей. Но они не сдавались. Данные свидетельствуют о том, что матери влияют на детские игры только тогда, когда дети играют с матерями. "Когда теории не работают", - порекомендовали Фейн и Фрайер, - "вышвыривайте их или меняйте".13 Точно моя точка зрения.

Учиться делать что-то с мамой - это хорошо, но ребенок не переносит это обучение автоматически в другие среды. Это мудрая политика, потому что то, чему научились с мамой может оказаться бесполезным в других случаях или хуже того. Возьмем, к примеру, ребенка, которого я назову Эндрю. Мать Эндрю страдала послеродовой депрессией, что не редкость в первые несколько месяцев после родов. Она могла кормить Эндрю и менять ему подгузники, но не играла с ним и не улыбалась ему. К тому времени, когда Эндрю исполнилось три месяца, у него тоже появились признаки депрессии. Когда он был с матерью, он редко улыбался и был менее активен, чем обычно для детей этого возраста, - лицо его было серьезным, движения приглушенными. К счастью, Эндрю не все время проводил с матерью: часть времени он проводил в яслях, и воспитательница в яслях не была подавлена. Понаблюдайте за Эндрю с его воспитателем, и вы увидите другого ребенка, улыбчивого и активного. Угрюмые лица и приглушенные движения, характерные для детей депрессивных матерей, "специфичны для их взаимодействия со своими депрессивными матерями", согласно исследователям, которые изучали таких детей, как Эндрю.14

Различное поведение в различных социальных средах также было отмечено у детей старшего возраста, младенцев ходячего возраста. Исследователи изучили, как малыши ведут себя дома (попросив своих матерей заполнить анкеты) и в детских садах (наблюдая за ними там или опросив воспитателей в центре), и обнаружили, что оба описания поведения детей не согласуются.

"Существует вероятность того, что фактическое поведение малыша систематически отличается в домашних условиях и в детском саду", - признал один из исследователей.15


 

 


 

Содержание книги Джудит Рич Харрис - Самонадеянность воспитания или Почему дети выходят такими какие они есть
 

Отзывы о книге

Введение ко второму изданию Введение к первому изданию Стивена Пинкера Предисловие к первой редакции

Глава 1. "Воспитание" это не то же самое что "Окружение"

- Без сомнений? Наследственность и окружение самонадеянности воспитания

- Наука и искусство изучения детей. Превращение диких детей в солидных граждан

Глава 2. Природа (и воспитание) доказательств

- Эффект брокколи.

- Влияние генов. Улица с двухсторонним движением

- Параллельные вселенные. Следствие эффекта генов

Глава 3. Природа, Воспитание и Ничего из перечисленного

- Сцилла или Харибда. Порядок рождения

- Стили воспитания. Другие различия между семьями. Поиски разгадки

Глава 4. Отдельные миры

- Два лица Золушки? Разные места, разные лица. Поведение в разных социальных средах

- Сёстры и братья. Никогда не выходи из дома без этого. Переключение кода

- Язык и социальная среда. Место для всего и все на своем месте

- Встретится ли кто-либо с настоящей личностью?

Глава 5. Другие времена, другие места

- Краткая история уединения

- Говорящие людям как воспитывать детей

- Естественное деторождение. "Естественное" выращивание детей. Детство в несовременном обществе. Дисциплина и обучение. Воспитание детей с чувством вины и без

Глава 6. Природа человека

- Дональд обезьяний. Телепаты

- Жизнь в окружении обезьян. Любовь и Война

- Эволюция человека. Видообразование и Псевдоспециализация. Загадочное исчезновение неандертальцев

- То что создала эволюция - это мозг. Родители, дети и эволюция

Глава 7. Мы и они

- Эксперимент в Пещере Разбойников. Качество группового чувства

- Разделяем мир. Противоположность и уподобление. Внутри группы. Что такое группа?

- Это всё в голове. Распознаём родственников

- Как и почему мы себя классифицируем. Семьи и другие группы

Глава 8. В компании детей

- Отпускаем маму

- Отсутствие материи против отсутствия ровесников

- Друзья детства. Социализация через посредника. "Мы" против "Я и Ты"

- Теория групповой социализации. Девочки и мальчики

- Мы и они. Следуй за лидером. Познай самого себя

Глава 9. Передача культуры

- Овладей культурой и передай её дальше

- Окружение против окружения

- Культура глухих

- Детские культуры. Ребёнок это Отец Мужчины

- Группа родителей сверстников. От группы родителей-сверстников в детскую

- Добро пожаловать в район. Данные могут быть опасны. Созидание культуры

Глава 10. Половые правила

- Есть различия с которых можно начать

- Стереотипы. Социальные категории Девочки и Мальчики. Гендерные препятствия

- Одна культура или две? Два пола или один? Обратно к нашим истокам. Я сделаю это по-твоему. Неудачники.

Глава 11. Школы детей

- Групповость в классе. Яблоко для мисс А

- Деление столбиком. Угроза стереотипа. Программы социальной помощи

- Уроки языка. Если двое это компания, то сколько нужно, чтобы собрать толпу?

- Коэффициент IQ для усыновлённых детей. Крах с эффектами группового противопоставления

Глава 12. Взросление

- Почему дети взрослеют? Обряд посвящения

- Не рыба, не мясо. Механизм отвечающий за культурные изменения. Группы внутри групп

- Родители против сверстников

- Проблемные дети. С детства до старости

Глава 13. Неблагополучные семьи и проблемные дети

- Передай мне

- Преступное поведение

- Где папочка?

- Развод

- Физическое наказание и жестокое обращение с ребёнком

- Ребенок попадает в беду, а винят родителя. Правда и последствия

- Почему популярная психология обвиняет маму и папу

Глава 14. Что могут сделать родители

- Чему дети учатся дома. Может ли семья быть группой? Могут ли родители быть лидером?

- Сила родителей в выборе сверстников для ребёнка. Самооценка и статус. Отношения родители - дети

- Эволюция и выращивание детей. Родители как приятели. Братья и сёстры как союзники. Поди догадайся. Путь вины заканчивается здесь

Глава 15. Суд над самонадеянностью воспитания

- Постоянный обман людей. В первую очередь - не навреди. Выступление обвинения

- Пять неправильных идей. Альтернатива: Теория групповой социализации. О чём ты думаешь

Приложение 1. Личность и порядок рождения

- Повторный анализ Саллоуэя на основе обзора Эрнста и Ангста

- Проблемы с мета-анализом. Порядок рождения после 1980. Это у вас дома. Инновации и бунт. Порядок рождения, Эволюция и Социальные Изменения

Приложение 2. Проверяем теории о детском развитии

- Правильный вид исследования. Эффект ребёнок-родителю. Изучение антисоциального поведения

- Проверяем Положение 2. Язык и акцент. Некоторые указания для исследователей

Яндекс.Метрика

 

Как сдать в аренду квартиру комнату в Балашихе и Балашихинском районе. Советы собственникам об аренде жилья в Балашихе